Машина остановилась у каких-то статуй.
Пять тысяч лет назад – дно какого-то моря. Сейчас – рельефный заповедник Клембан-Бык… Но не сам рельеф важен.
Эмоции вызвали статуи. Они посвящены скифам. Красиво вырезаны из мягкого камня красивые сюжеты. Волк, сокол, вождь скифов… На каждой из них ещё вырезаны слова. Слова тех дней. Они не запомнились, да и сознание не нашло в них особого смысла. Но когда Богдан читал эти слова, было ощущение, что вековая мудрость входила в него.
Это ж и есть степь. Родина кочевников. Вроде бы, вырвался из цивилизации в нечто большее.
Внизу непривычно синяя речка извивалась среди огромных зарослей камыша. Почти вся остальная местность внизу была засажена деревьями. Да… Не шибко степь напоминает… Плевать, главное – ощущение, что там внизу есть нечто. Нечто, что осталось ещё от тех времен.
Сели в машину, спустились…
Где оно? Где Оно? Это обычная земля. То есть самая обычная «природа», куда выезжают на машине чтобы поесть из пластиковых тарелок. Собственно, этим здесь и занимались приехавшие. Богдан и сам с большим удовольствием уплетал вареную картошку, сидя на раскладной табуретке.
Но всё же… Отчего ощущение паломничества пропало как раз перед тем, как само паломничество началось? Даже наоборот, заметив, как зелена трава под деревьями, Богдан обнаружил в себе мысль, что там, скорее всего, есть аномалии типа трамплина.
Лишь после Богдан понял, что скифы на привалах в этих местах, как и он, ощущали лишь желание пожрать да выпить. Скифы отнюдь не сидели и ощущали, какие они древние и свободные кочевники. И именно в этом Богдан был схож с ними.
Пикник не обернулся паломничеством. С одной стороны немного обидно, но… Это ёще один удар по ложным идолам. Ведь если, что земля и трава там такие же, как и в близжайшей посадке… Это значит, что и в близжайшей посадке земля и трава такие же как там. И всё меньше осознания надо для понимания того, что там, где мы не хуже, чем там где нас нет.